Вы точно считали их исконными: 9 привычных слов, которые на самом деле заимствованы из других языков
Стремление очистить язык от современных заимствований часто сталкивается с исторической реальностью. Как отмечают исследователи речи, постоянная интеграция чужих корней - базовый закон развития любой живой культуры. За века активного употребления чужеродные элементы приживаются настолько плотно, что начинают восприниматься как национальное достояние.
Привычное слово "баня" фиксируется в славянских летописях с XI века, однако восходит к латинскому наименованию купальни balneum. От этой же латинской основы образовались французское bain и стеклянная банка. Слово "лошадь" вытеснило славянские лексемы "конь" и "кобыла" после контакта с тюркским термином алаша, обозначавшим мерина. Аналогичный путь проделала "собака": скифское или древнеиранское заимствование sabaka со временем оттеснило родное слово "пёс".
Былинный "богатырь" вовсе не родственен слову "бог". В Древней Руси воинов именовали удальцами, хоробрами или резвецами, а привычное обозначение возникло позже от тюркского военного титула багатур. Названия одежды "шуба" и "юбка" ведут происхождение от арабского одеяния jubba. Главный продукт питания "хлеб" языковеды связывают с готским hlaifs, а "колодец" - с древнегерманским понятием kaldings, означавшим холодный ключ.
Считающаяся древним сувениром матрёшка была создана мастерами лишь в конце XIX века. Ее прообразом послужила фигурка японского мудреца Фукурумы, привезенная с острова Хонсю. Саму куклу назвали популярным именем Матрёна, латинский корень которого восходит к почтенной матери семейства - matrona.
Ранее мы писали о том, что многие русские фамилии имеют тюркское происхождение из-за интеграции знати Золотой Орды в структуру Московского государства. К ним относятся роды Карамзиных, ведущих родословную от мурзы Кара-Мурзы, и Юсуповых, происходящих от ногайского хана Юсуфа XVI века. Фамилии Тургеневых и Булгаковых также построены на восточных основах, а предки полководца Михаила Кутузова поступили на княжескую службу еще в XIV веке. По оценкам историка-генеалога Льва Савелова, восточные корни прослеживаются более чем у пятисот российских дворянских династий.